– Вы не пробовали связаться с ней по номеру во Флориде?

– Насколько мне известно, адвокат звонил ей несколько раз. Очевидно, она живет там вместе с какой-то подругой; мистер Уэндер оставил ей свой номер, но Элейн так и не перезвонила. У Тилли тоже ничего не вышло.

– Тилли?

– Управляющая местного кондо, где находится квартира Элейн. Тилли регулярно отправляет Элейн ее корреспонденцию; она говорит, что та обычно раз в две недели – или около того – писала ей пару слов, но с марта не было никаких известий. По правде сказать, это дело не стоит выеденного яйца, но у меня самой просто нет времени выслеживать ее.

Беверли сделала последнюю затяжку и затушила сигарету, несколько раз гневно ткнув ею в пепельницу.

Я молча делала кое-какие записи для себя, однако выражение скептицизма на моем лице, по-видимому, насторожило Беверли.

– Что с вами? – всполошилась она. – Вы не беретесь за подобные дела?

– Нет, почему же, – устало произнесла я. – Но я беру тридцать долларов в час плюс расходы. Если речь идет всего о двух-трех тысячах, возможно, дело того не стоит.

– Ну начнем с того, что, коль скоро всему виной Элейн, я намерена добиться компенсации за счет ее доли. Ведь все застопорилось только из-за ее подписи. На мой взгляд, это очень на нее похоже. Она всю жизнь была такая.

– Допустим, мне придется лететь во Флориду, чтобы искать ее там. Даже если я соглашусь вполовину скостить командировочные, это же уйма денег. Послушайте, миссис Дэнзигер...

– Просто Беверли, прошу вас.

– Хорошо, Беверли. Я, разумеется, не хочу, чтобы вы отвлекались от более важных дел, но, на мой взгляд, с этим вы могли бы справиться сами. Я с радостью подскажу, с чего следует начать.