Беверли улыбнулась, но в ее улыбке таилось что-то недоброе, и до меня наконец дошло, что я имею дело с женщиной, которая привыкла добиваться своего. Она смотрела на меня холодными, как лед, синими глазами и только хлопала черными ресницами, словно механическая кукла.

– Мы с Элейн не очень-то ладим, – нашлась она наконец. – Я уже убила на это уйму времени, но я обещала мистеру Уэндеру найти ее, чтобы в конце концов покончить с наследством. На него наседают другие наследники, он тормошит меня. Если хотите, выдам вам аванс.

На сей раз Беверли извлекла из сумочки чековую книжку. Сняв колпачок со стильной красновато-коричневой ручки, она вопрошающе воззрилась на меня.

– Семьсот пятьдесят долларов вас устроит?

Я выдвинула верхний ящик стола:

– Сейчас подготовлю контракт.

Я сходила с чеком в банк, взяла со стоянки за моим офисом машину и отправилась на Виа-Мадрина, по тому адресу, который мне дала Беверли. Это было недалеко от центра города.

Полагая, что дельце самое что ни на есть пустяковое, я прикидывала потратить на него день – от силы два и с сожалением констатировала, что придется, как видно, возвращать половину той суммы, которую я только что положила на свой счет. Правда, я ничего не теряла – работы в тот момент у меня было немного.

Район, в котором обитала Элейн, был в основном застроен скромными – 30-х годов – бунгало, соседствовавшими со стандартными многоквартирными домами. Пока преобладали опрятные, оштукатуренные особнячки, но постепенно все больше земельных участков отводилось под коммерческую застройку. Здесь селились хиропрактики и недорогие дантисты, обещавшие снятие зубного камня под наркозом. Всюду пестрели вывески типа: "Протезирование за один день в рассрочку" – это начинало действовать на нервы. Интересно, что они с вами сделают, если вы вовремя не расплатитесь за верхнюю вставную челюсть? Местные старожилы еще цеплялись за традиции – какие-то дряхлые пенсионеры упорно копошились возле кустов гортензии.