Годов багаж… да и наследства бремя…

(ссыт, вытаскивает часы и рассеяно на них смотрит)

Часы стоят!..

СТЕПАН

Стоят?… И что ж такого?

БАРИН

Да то, что вечно, сука, полшестого… Как барский хер — не дёргается больше, Столбом Александрийским в небо впёршись. Я ведь зачем в Париж… На днях писали…

СТЕПАН (нетерпеливо)

Простите, барин… Вы уже поссали?

БАРИН

Да больше голинище замочил я… А всё из-за тебя, пизда кобылья!.. Дык вот, вчера в журнале прочитал, Что, мол, сдаёшь мочу, мазок и кал Какому-то парижскому светиле… А он приватно, значит, на квартире Мазнёт… нюхнёт… на хуй наложит метку, По формуле старинной даст таблетку: Зальёшь её холодненьким «Бордо»… Бутылку после и бутылку до… И след бессилья тут же так и сгинул! Пилюльку сьел, хуй из штанины вынул… А он стоит — румяно и здорòво…

СТЕПАН (восторженно)

Как башня анжынера Эйфелёва?

БАРИН

Пожалуй да… Хоть не такой длины… Такой бы хуй не влез бы и в штаны!!

(громко хохочет)

СТЕПАН (дождавшись тишины)

Как знать, ведь не женись Вы на графине, Быть крепок мог бы ствол Ваш и поныне… А с ней увял… Она, понятно дело, На Вас небось совсем и не глядела?

БАРИН

Ну что ты, Стёпа, что ты… Дай вина… Да уж моя покойная жена, Хоть и слегла последних года три,