— Вуй-вуй-вуй!

Аниска глядит, ужасается:

— Ой, сейчас он её насквозь проткнёт. Была Анна Ярославна, и нет её. Была, а сейчас не будет.

А страшный, дикий кабан уж совсем близко, ступает копытами на скатерть и прямо идёт на бесчувственную Анну Ярославну.

Аниска вся захолонула — ой, жалко, жалко подружку! Не выдержала она, бросилась вперёд, растопырилась, закрыла княжну.

А перед прибором Анны Ярославны стояло золотое блюдо с яблоками. И ужасный кабан подходит к этому блюду, поворошил яблоки рылом и зачавкал, жрёт яблоки. Тут храбрый рыцарь, граф Рауль вылез из-за куста, вынул из ножен свой острый кинжал и всадил кабану меж лопаток. Кабан рухнул и издох.

Анна Ярославна очнулась, кинулась Аниске на шею, плачет и говорит:

— Милая моя, хорошая моя. Ты мне жизнь спасла, своим телом заслонила. Я тебе этого вовек не забуду!

Слышали? Во второй раз она поклялась Аниске вовек своё спасенье не забыть. А на сколько времени этот век протянется? Долгая ли Анны Ярославнина девичья память?

Граф Рауль со стуком опустил кинжал в ножны и громко сказал:

— Прекрасная госпожа! Это ведь я убил кабана!

Глава десятая

ПРЕДАТЕЛЬСТВО

ак-то утром, когда слуги убирали шатры, повара жарили мясо на вертелах, а молодые господа гуляли на лужайке в ожидании завтрака, паж Пертинакс отвёл Аниску в сторону, оглянулся, не слышит ли их кто, и шепнул:



24 из 59