— Ах, пойдём поскорей!

— Лучше верхом поедем, — сказала Аниска. — Может, придётся подальше пойти — ножки у тебя притомятся.

Побежали они к конюхам, велели поскорей седлать Лебедя и Ворона. А Амальфея Никитишна услышала и спрашивает:

— Вы куда собрались?

Аниска отвечает:

— У нас аппетит совсем пропал, про еду вспомнить противно. Думаем немножко погулять. Верхом-то нас протрясёт, авось есть захочется.

— Погуляйте, — говорит Амальфея Никитишна, — Только далеко не забирайтесь. Когда завтрак подадут, я пошлю за вами пажа Пертинакса.

Сели они на коней, поехали по течению ручья и вскоре нашли глубокое место. Такое хорошее, будто его нарочно для их купанья приготовили. Воды достанет под самые подмышки, вода прозрачная, на солнце нагрелась. Дно чистое, видно, как там рыбки взад-вперёд шныряют и цветные камушки поблёскивают. Кругом ива и бузина густо разрослись. Стоят зелёной стеной, от чужого любопытного глаза надёжно укрывают.

Вот они разделись, попрыгали в воду, плескаются, друг другу спинки песком потёрли, покупались вволю и вышли на берег.

Аниска и говорит:

— Дай мне твоё французское платье разок примерить как оно мне будет к лицу? Может, я в нём покрасивей стану.

Анна Ярославна засмеялась и говорит:

— Моё платье на тебе не будет вида иметь. Плечи у тебя широкие, как у мужика, и нос курносый. Но ты не огорчайся, я тебя всё равно люблю.

— А если любишь, — говорит Аниска, — позволь мне хоть разок в твоём платье покрасоваться! Конечно, мне далеко до тебя и второй такой раскрасавицы на всём свете не сыскать. А всё же хочется мне хоть разок полюбоваться на себя. Примерю я твоё французское платье, посмотрюсь в воду, как в зеркало, и поскорей сниму. Не бойся, я осторожно — не порву!

— Чего мне бояться, — говорит Анна Ярославна. — У меня таких платьев много. Хочешь, так меряй.

Сама помогла платье натянуть, сама ей на спине зашнуровала, Аниска просит: