Берёт эта девчонка Анну Ярославну левой рукой за руку и говорит:

— Бежим скорей, пока он не опомнился и сам нас не отколотил.

Взявшись за руки, они побежали. А рыба такая большая, хвост за ней по пыли тащится.

Вот бегут они вниз с горки, а ветер им в спину дует, подгоняет, несёт их, будто на ковре-самолёте летят. Задохнулись, остановились у самого у днепровского берега. Тут девчонка спрашивает:

— Как тебя зовут?

А Анна Ярославна побоялась ей открыться, своё отчество назвать, как бы девчонка не подняла крик, не собрала людей, не отвели бы её обратно в светёлку. Она и говорит:

— Зовут меня Анка.

— А меня — Аниска. Давай дружить!

— Давай, — говорит Анна Ярославна. — Ты мне, может быть, жизнь спасла, он мне чуть не отвертел палец. Я тебя вовек не забуду. — И, степенно поклонившись, сказала: — Спасибо тебе!

— Неначем, — ответила Аниска и тоже поклонилась. — А ты лучше иди к нам в гости. Я рыбу выпотрошу, сварю уху, угощу тебя…

Вот идут они берегом, Аниска и говорит:

— Какое на тебе платье хорошее.

Анна Ярославна смутилась и отвечает:

— Это мне подарили. Ты не смотри. Оно старое, плохое.

Вот они идут, а навстречу им выбегают семеро мальчиков, мал мала меньше, все на одно лицо, бегут и кричат:

— Я воды натаскал.

— Я в котёл налил.

Я хворост наломал.

— Я в печку положил.

— Я печку затопил.

— А что мы в котле варить будем?

Смутилась Анна Ярославна, подумала: «А вдруг это ведьмины дети и сунут меня в котёл?» А Аниска говорит:

— Это мои братцы: Ивашка, Евлашка, Ерошка, Епишка, Алёшка и Гришка и младшенький Пантелеймонушка. Семеро братиков, а я им одна сестра. Матери у нас нет. Я за нее.