Рано утром, чуть ли не на рассвете, раздался звонок.

Миша сквозь сон услышал его и сердито заворочался под одеялом. Ох, уж эта тётя Поля! Почему она всегда приезжает так рано, когда самый сладкий сон? Спала бы себе и спала и другим не мешала!

Тётя Поля — это молочница. Она привозит через день молоко и действительно приезжает очень рано, с первым поездом.

Звонок повторился. Миша повернулся на другой бок. «Сейчас мама встанет и возьмёт молоко».

Но мама не поднималась. Видно, она вчера после салюта ещё долго сидела и рисовала.

«Ладно, — подумал Миша, — пусть поспит. Я сам!»

Он откинул одеяло. Ох, как неохота подниматься! Глаза слипаются, голова тяжёлая, а руки и ноги тоже ещё словно спят.

Он кое-как встал, сунул ноги в тапки и зашлёпал на кухню. Было так рано, что даже мухи ещё спали.

Миша снял с полки кастрюлю, сполоснул её под краном и зашлёпал в тёмный коридор.

— Тётя Поля, — сказал он, нащупывая в дверях ключ, — почему вы всегда так рано приезжаете?

Обычно тётя Поля говорила: «Поздно спите, касатики, поздно!»

Сейчас она этого не сказала. Она молчала, и только слышно было, как она там за дверью дышит.

Миша удивился.

— Тётя Поля! — позвал он. — Это вы?

Тётя Поля долго не отвечала. Наконец она кашлянула и сказала:

— Откройте!

Тут уж Миша вовсе растерялся. Голос был совсем не похож на тёти Полин.

Миша не знал, как быть: открывать или не открывать? Потом он догадался: он вытащил ключ из скважины и посмотрел в неё. Но ничего не было видно, только слегка тянуло ветерком, словно кто-то дул Мише в глаза.

Он выпрямился и спросил:

— Кто там?

И тут за дверью сказали:

— Мишустик, открой!

Миша вздрогнул и выронил ключ. Сон мигом соскочил с него. Ведь только один человек на земле так называл его — Мишустик!