Жаркий огонь пылал в духовке под кастрюлькой и чайником, а Бэтти с небольшим темным пятном на круглой щечке подкладывала дрова, в то время как Бэб резала с таким видом, будто очень боялась порезать свои пальцы. Прежде чем Бэн понял, что происходит, он оказался в старом кресле, уплетая хлеб с маслом так, как это мог делать лишь голодный мальчик. Санчо поблизости жевал баранью косточку, подобно хищному волку в овечьей шкуре.

Пока новоприбывшие благополучно устраивались, миссис Мосс выманила малышек из комнаты и дала им поручение.

- Бэб, ты беги к миссис Бартон и попроси у нее любую одежду, которая уже не нужна Биллу; а ты, Бэтти, беги к Каттерам и скажи мисс Кларинде, что мне понадобится пара шорт, которые мы сшили за последнее время. Любые туфли, или шляпа, или носки тоже пригодятся - на этого бедняжку все налезет".

Девочки убежали, переполненные волнения, желая одеть этого беднягу. Им удалось разжалобить соседей настолько, что Бэн едва мог себя узнать, выйдя через полчаса из спальни, одетый в обесцвеченный фланелевый костюм Билли Бартона, в неотбеленной рубашкой из хлопка из корзины Доркаса и в паре старых туфель Милли Каттера.

Состояние Санчо тоже улучшилось. После того как его хозяин освежился в теплой ванной, он хорошо вымыл и пса, пока миссис Мосс подшивала новую старую одежду. Санчо преобразился и стал более чем когда-либо похож на китайского пуделя: белый как снег, с подчесанными вверх завитками и хвостиком с кисточкой на кончике, гордо виляющим над спиной.

Прекрасно себя чувствуя, путешественники покорно вышли на обозрение и были встречены одобрительными и гостеприимными улыбками девочек и их матери, усадившей гостей ближе к плите, чтоб они быстрее высохли, так как оба были еще мокрыми после ванной.

- Я первые раз тебя вижу! - воскликнула добрая женщина, всматриваясь в мальчика, довольная результатом. Он, все еще худой и уставший, благодарно взглянул на нее. В этой одежде мальчик выглядел более подвижным, напоминая скользкого угря под великоватой для него кожей. Веселые карие глазки, казалось, замечали каждую мелочь, голос звучал довольно искренне, а загоревшее личико стало выглядеть на несколько лет младше, после того как с него исчезло неприсущее детям его лет уныние.