Все это совершалось быстро, и каждый врач, осмотрев Юльку, делал пометку в его медкарте.

Потом Юлька подошел к терапевту. Усатый старичок доктор спросил:

— Ну-с, как здоровье, молодой человек? Есть жалобы?

— Никак нет, — ответил Юлька.

И сам удивился: ответ прозвучал коротко, четко, по-военному. Будто он уже настоящий суворовец.

Усатый доктор приложил круглую металлическую коробочку к Юлькиной груди. От коробочки, как две змеи, извиваясь, тянулись резиновые шнуры и вползали прямо в уши доктору.

Доктор передвигал этот маленький массивный кругляш и слушал. Еще чуточку передвинет — еще послушает.

«Как он долго!» — подумал Юлька. Все врачи действовали быстро. Да и этот, усатый, других ребят осматривал без задержки. А Юльку он чего-то слушал, и слушал, и слушал…

Заставил его лечь на жесткую кушетку, обитую белой клеенкой, и опять слушал. Велел попрыгать на месте — и опять слушал.

«Чего это он?» — встревожился Юла.

— Да… — негромко сказал доктор.

Посмотрел в потолок, побарабанил пальцами по столу.

— Да…

И что-то быстро-быстро стал писать в Юлькиной медкарте.

Остальные врачи не задерживали Юльку. Через полчаса он, уже одетый, вышел в коридор.

«Домой?».

А если чуточку посмотреть училище?…

Юла медленно пошел по коридору. Оглянулся. Вокруг никого. Он быстро свернул влево. И еще раз влево. По какой-то лестничке спустился вниз. Приоткрыл дверь.

Странно. Какая-то мастерская. Слесарная, что ли? Тиски, много всяких инструментов, станки.

«А зачем это тут? В Суворовском? — подумал Юлька! — Тут ведь не на слесарей учат?».

Он еще прошел по коридору и осторожно приоткрыл другую дверь. Это была душевая. Много сверкающих белых кафельных кабинок.

Но тут из-за угла вышел какой-то суворовец. Юлька едва успел захлопнуть дверь.