Она подошла к нему и, опустившись на колени, закрыла лицо руками. В этой позе и застала ее Нэнси, которая пришла несколько минут спустя.

— Ах ты бедненькая моя овечка, — запричитала она, опускаясь на колени возле девочки и чемодана. — Так я и думала, что она доведет тебя до слез.

Поллианна подняла на нее заплаканные глаза и покачала головой:

— Нет, Нэнси. Это все я сама. Я все-таки ужасно недобрая и нехорошая. — Поллианна всхлипнула. — Я… я просто никак не хочу поверить, что папа больше нужен Господу и ангелам, чем мне.

— Совсем он им не нужен, — безапелляционно заявила Нэнси.

— Ой, Нэнси, нельзя так говорить! — испуганно воскликнула Поллианна; услышав кощунственные речи служанки, она даже плакать перестала.

Нэнси ответила ей смущенной улыбкой и с силой потерла глаза.

— Да ладно тебе, — примирительно проговорила она, — я ведь не имела в виду ничего плохого. — Давай-ка сюда ключ от чемодана, и мы быстренько разберем вещи.

Все еще продолжая всхлипывать, Поллианна вытащила из сумки ключ.

— Да там и вещей почти нет, — смущенно пробормотала она.

— Тем быстрее мы с этим управимся.

Лицо Поллианны вдруг озарила улыбка.

— Ой, а я сразу и не подумала, — уже гораздо веселее сказала она. — Верно, нам не придется долго возиться с разборкой. Значит, я могу радоваться, что у меня так мало вещей.

Услышав это, Нэнси просто остолбенела. Сначала она не знала, что и сказать. Потом, едва ворочая языком, произнесла: — Ну… в общем… ты, верно, права. Затем она решительно принялась распаковывать чемодан Поллианны. Со свойственной ей ловкостью она быстро извлекла на поверхность книги, штопанное белье и несколько убогих платьев. Поллианна уже совсем успокоилась, и улыбка не сходила с ее лица. Она принялась порхать по комнате, развесила платья, сложила книги на столе и убрала белье в ящики комода.