Отец Павлика, работавший шофёром, должен был завтра с утра перевозить на своей машине парты и другое школьное имущество.
Завтра должен быть особенный день. Пусть тогда, через год, какая-нибудь учительница попробует не принять Павлика с Минькой.
— Как это так? Почему? — скажут они. — А кто школу переносил?!
Испорченный мел Николай Андреевич им простил, — значит, нечего его вспоминать. А больше они ничего плохого не сделали.
Завтра будет некогда, поэтому Юрка предложил сегодня пойти на Волгу и половить рыбу. Рыболовов набралось много, целых шесть человек: сам Юрка, Вовка, Алик, Минька, Шурик и Павлик. А удочка была только у Юрки. Одна. Конечно, Вовка, Алик и Минька могли бы сбегать домой в Порт-город и принести свои удочки, но бежать туда далеко.
Тогда Юрка решил попросить удочки у соседских ребят. Он сунул своим друзьям интересную сказку, чтобы им не скучно было сидеть, и побежал к соседям.
Павлик слушал сказку и всё время прикидывал, кем бы им стать ещё, кроме богатырей? Царями?.. Нет. Над царями теперь все смеются. Коршуном — нехорошо. А лебедем — это больше подходит девчонкам. Пожалуй, лучше богатырей ничего не придумаешь. Наловят они сегодня много рыбы, сдерут с неё всю чешую и сделают себе богатырские наряды. Заставят девчонок чешую на рубашки им пришивать, вот и всё.
— Юрка, мы будем богатырями, — решительно сказал Павлик прибежавшему с удочками Юрке.
— Ладно, — не вдаваясь в суть дела, тут же согласился Юрка. — Как вы, так и я. Пошли червей копать.
За червями дело не стало. Юрка знал одну замечательную помойку. Раз копнёшь — и только успевай собирать. И правда, червей было много. Если на каждого червяка попадётся по рыбе, то ни за что будет не унести. Тогда хоть машину вызывай. Вот было бы здорово!
Ребята вскинули удочки на плечо и пошли на рыбалку.
Утомлённая жарким днём Волга, казалось, дремала и во сне тихонько причмокивала, лениво поплёскивая у берега. Густо дымя, по ней шёл маленький буксирный пароход и тянул за собой целую вереницу больших барж. Трудно, наверно, ему. Пыхтит, задыхается, чумазый весь стал, изо всех сил бьёт колёсами по воде, — баржи за ним едва движутся.