Павлик смотрел на него и жалел: устал, бедный. Взял бы и причалил к берегу отдохнуть.

На одной барже стоял дом; он был совсем как настоящий: с беленькими занавесками на окнах, с настоящей дверью и трубой. У окошка этого дома сидела какая-то девушка и пела песню.

Из-за поворота реки показался идущий навстречу большой, белый, красивый пассажирский пароход. Буксир тоненьким сиплым голоском ещё издали вежливо поздоровался с пароходом, и пароход ответил ему толстым басом. Пассажирскому хорошо: он сильный, один, и к тому же плывет по течению. Его сама Волга несёт. Течёт она и течёт, никогда не переставая. Удивительно даже — откуда в ней столько воды? И такую большую реку хотят перегородить плотиной, остановить. Все говорят об этом, но Павлик стройки ещё не видел, и ему трудно поверить, что так может быть. Ведь люди-то маленькие, по сравнению с Волгой, а чтобы её запрудить, нужны такие богатыри, какие бывают в сказках. Они могли бы, например, взять своими руками гору и переставить её на другое место. Взять целый город и…

Мысли Павлика спутались. Город?.. Да люди же переносят его! Вон скольких домов уже нет. Это он видит своими глазами, а завтра даже сам будет участвовать в переноске большой двухэтажной школы. Вот и он будет богатырём!

От сознания такой необыкновенной силы, таящейся в нём, Павлик даже весело взвизгнул.

— Ты чего? — удивился шедший рядом с ним Шурик.

— Ничего, так… — смутился Павлик. — А куда мы идём? Давайте тут ловить.

— Ничего не тут, — вмешался Юрка. — Я знаю где. Такое место, что только одни сазаны водятся. Дядя Вася Чижов там поймал сазана в целый пуд.

— А пуд — сколько это? — не знал Павлик.