Дед молчал, а Павлик торжествовал.
— А ты видел, как лоси сиганули через плотину?.. Ты город на новое место переносил? А видел, как за один день вырос сад с большими-пребольшими деревьями?..
— Погоди, Павло, погоди, — останавливал его дед. — Нельзя так… Совсем меня задурил. Я бывалче тебе как рассказывал: жили, мол, дескать, были… Так и ты начинай. Слово к слову лепи, а не криком бери.
Павлик усмехнулся.
— Жили-были… Садись вот сюда, — сказал он, подвинув табуретку и указывая деду место на самом солнцепёке. — А то ты озябнешь… Я тебе такое могу рассказать, что ты… — и запнулся, не представляя себе, что будет с дедом после рассказов обо всём, что он, Павлик, видел за этот год. Конечно, такое не выпадало деду за всю его почти вековую жизнь.
2. НОВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ И НОВЫЕ ДРУЗЬЯ
На Волге Павлик жил в посёлке, который назывался Порт-город. Но хотя его и называли так, а, по правде сказать, никакого порта в нём не было. Не только парохода или катера, даже самой обыкновенной лодки Павлик не мог увидеть. И стояло у них в Порт-городе всего несколько деревянных домов, терявшихся в сосняке.
Какой же это город и какой порт? Узнал бы кто-нибудь из хуторских, — засмеялся бы. Даже лужи нигде не видно!
Павлик в первые дни был очень недоволен. Вот он приехал на стройку, а она, оказывается, где-то за двенадцать километров отсюда. И Волгу только один раз видел, да и то издали. И никаких пароходов на ней не было. Просто одна вода. А город, который был под горой, — ломали.
В нём с каждым днём оставалось всё меньше и меньше домов.
Говорят, целых двести лет простоял он на волжском берегу, а теперь наступила пора переходить ему на новое место, потому что здесь разольётся море. Откуда появится столько воды, как это будет, — Павлик не понимал.