Дэвид Барни тем временем транжирил доставшиеся ему деньги. Большая часть из них по праву принадлежит дочери Кена и Изы – Шелби. Она бы их и получила, если бы обвинение подтвердилось. Сейчас семья уже не может спокойно наблюдать это безобразие и готова к новому процессу. Адвокат Барни, его фамилия Фосс, времени не теряет и направляет судье прошение о прекращении дела ввиду отсутствия факта преступления. Я со всех ног бегу к судье и на коленях умоляю его не спешить. Прошение отклонено, но судья уже начинает косо на меня посматривать.

На следующем этапе Дэвид Барни и та лиса, которая представляет его интересы, начинают использовать любые мыслимые и немыслимые предлоги для того, чтобы оттянуть начало процесса. Чего они только не изобретают! Но мы-то уже кое-что понимаем! Если парня оправдали в суде по уголовным делам, то чего ему опасаться, спрашиваю я? Но он крутится, как рыба на сковороде. Натянут как струна. Рыльце-то у него в пушку! Да, еще одна вещь. Этот момент стоит перепроверить. До Кена дошли слухи об одном парне... во время предварительного заключения он сидел в одной камере с Дэвидом Барни. Он там до сих пор сидит. Так вот, в суде встречаю я этого парня, и он признается, что слышал от Барни интересное заявление. Когда тот после оправдательного приговора покидал зал суда, то прошептал ему на радостях, что это все-таки он убил жену. Его информацию надо перепроверить, поэтому прошу тебя заняться этим в первую очередь.

– А какой во всем этом смысл? – спросила я. – Ведь Дэвиду Барни уже нельзя предъявить обвинение в убийстве.

– Это верно. Именно поэтому мы и перенесли наше обвинение в суд по гражданским делам. На этом поле у нас куда больше шансов добиться успеха, и негодяй прекрасно это понимает. У него явно дрожат коленки, он выкручивается как может. Мы направляем наше обвинение в суд. У его адвоката есть тридцать дней, чтобы подать апелляцию. Он выжидает двадцать девять дней и подает ее, придравшись к каким-то процессуальным вопросам. Все начинается сначала.