— Слейтер? — теперь удивился Бад. — По соседству с Айрин? В Уотертауне таких нет.

— Что значит "нет"? — возмутился доктор. — Айрин мне вчера весь вечер только про них и говорила. Получила от них письмо. Вроде бы эта миссис Слейтер ухаживала за Айрин, когда ее матушку положили в больницу.

— А я говорю "нет", — стоял на своем Бад.

— Ну, так она мне сказала, — заявил доктор. — Конечно, с тех пор много лет прошло.

— Послушай, док, — сказал Бак. — Мы с Бадом там выросли. Родственников Айрин знаем всю свою жизнь. Бывало, из их дома просто не вылезали. Так вот, никаких Слейтеров по соседству никогда не было.

— Может, эта женщина снова вышла замуж, — предположил доктор. — А раньше жила под другой фамилией.

Бад покачал головой.

— Когда Айрин ушла на станцию? — спросил Бак.

— С четверть часа, — ответил доктор.

— Ты ее не подвез? — спросил Бак.

— Она захотела прогуляться, — сказал доктор.

— Мы шли со стороны Мейн-стрит, — сообщил Бак. — И с ней не встретились.

— Может, она пошла через пастбище, — предположил доктор.

— Ну, это все ноги собьешь, да еще с чемоданом, — усомнился Бак.

— У нее небольшая сумка с одежонкой, вот и все, — уточнил доктор.

Бад продолжал качать головой.

Бак посмотрел на Бада, потом на кирку, на свежий, еще не застывший цемент.

— Боже правый! — воскликнул он.

— Господи, док! — поразился Бад. — Чтобы ты пошел на такое?

— Что вы несете, черт вас дери, шуты безмозглые! — взъярился доктор. — Вы на что намекаете?

— Источник! — пробурчал Бад. — Как это я сразу не понял, что источником тут и не пахнет.

Доктор взглянул на цементную заплату, на кирку, на вытянувшиеся лица друзей. Его собственное лицо побагровело.