Партия вышла странная. Необычность фигур, постоянное присутствие Лидии, желание взглянуть на нее, мешавшее сконцентрироваться на игре, ощущение, что каждый ход - ошибка, за которой последует разящий контрудар... и в конце концов в голове остались только мысли о прекрасной и желанной Лидии. Партия завершилась аккурат в тот момент, когда по гравии подъездной дорожки зашуршали шины: старик полностью контролировал ситуацию.

- Тридцать пять десятого! - радостно воскликнула Лидия. - Я побила наш рекорд, Артур!

- Должен подтвердить, что побила, - воскликнул Платт. - Добрый вечер, Карстерс. Меня до сих пор трясет.

Артур кивнул ему, как должно кивать семейному адвокату при появлении нежеланного родственника, с которым, однако, приходится вести дела.

- Хорошо, что ты смог приехать, старина, - мистер Клайд пожал Платту руку. - А теперь, мистер Карстерс, говорите, что мы должны сделать.

- Покажите, в какой строке я должен расписаться, - Платт достал ручку, и следите, как я пишу свою фамилию. Вы удивитесь.

На завещании появилась подпись: "Филип Клайд", которую заверили два свидетеля.

- Тяжелый труд, я просто без сил, - Платт убрал ручку. - Надо бы выпить, Лид.

- Только самую малость, потому что тебе везти нас назад.

- Согласен.

- И у тебя дорога займет ровно сорок пять минут.

- Если она вам чтото говорит, Карстерс, не спорьте, просто выполняйте.

- Артур? - ее рука с графинчиком виски застыла над стаканом.

- Чутьчуть, - нервно откликнулся он. Раньше пробовать виски ему не доводилось.

- Вот. И еще меньше для меня. Я люблю ездить быстро, но не люблю, чтобы меня мчали, как на пожар. Мы спокойно посидим на заднем сидении, не подпрыгивая до потолка. Поедем через Бартон Лэнгли, Роджер, этот путь более удобный.

- Как скажешь.

Поднялась луна, чуть рассеяла ночную тьму. Артур и Лидия сидели вместе, укрывшись пледом, держась за руки. Он видел лишь ее лицо на расстоянии вытянутой руки, ее портрет на стене и удивительное будущее в котором они никогда больше не разлучались...