Потому что пред ним предстала молодая, красивая девушка, можно сказать, девушка его мечты, если таковая у него и была. Он застыл, не отрывая от нее глаз.

А она заговорила, удивительно мелодичным, нежным голосом.

- Извините меня, мистер Карстерс, что пришла в столь поздний час.

К Артуру уже вернулся дар речи.

- Ничего страшного, пожалуйста, присядьте.

Хотел уже извиниться за пружины, едва не пробивающие обивку кресла и неубранные остатки пудинга на столе, но ее милое: "Благодарю" и ослепительная улыбка, вновь превратили его в немого. Он сказал себе, уже в третий или четвертый раз, что, должно быть, заснул над книгами, и вот вот проснется.

- Мистер Карстерс, вы - солиситор, не так ли?

- Ну... э... да, и... э... нет. Я хочу сказать, что стану им... надеюсь на это... через короткое время, как только сдам экзамены, но пока у меня нет соответствующего сертификата. Это имеет значение? - озабоченно спросил он.

- О, дорогой мой, - в голосе слышалось разочарование. Я думала, что вы - солиситор.

- В определенном смысле - да. Если есть такая необходимость, я могу дать совет, неофициально, то есть, без оплаты... - и торопливо добавил. Разумеется, я бы ничего и не попросил, я хочу сказать...

Она улыбнулась.

- Вы хотите сказать, я могла бы отблагодарить вас, не нарушая ваш юридический этикет?

- Да, разумеется, я хочу сказать.. э... может, вы скажете, в чем собственно, дело. Я надеюсь, это возможно?

- Речь идет о завещании. Завещание человеку может написать только зарегистрированный солиситор?

Этот вопрос затруднений у него не вызвал.

- Завещание может написать кто угодно. Люди нанимают солиситора, чтобы тот учел все нюансы, и солиситор зачастую использует особые, юридические обороты, чтобы не допустить неправильного исполкования написанного. Но если обычный человек на обычном листке бумаги, напишет просто и понятно: "Я оставляю мой золотой портсигар Джону Смиту", - и этот листок будет должным образом подписан и заверен свидетелями, Джон Смит получит этот портсигар.