Например, ей не составляло труда без помощи ножа распороть этой железякой живот молодого щенка, а отсекание хвоста ящерицы было для нее легкой и приятной забавой.
Она видела, как сверкали в темноте серебряным блеском глаза ее средней сестры, когда та нагнулась, чтобы достать из дупла колдовскую книгу. Наконец книга была поднесена ближе к огню, над которым булькал котел со снадобьем.
Как раз в этот момент грянул гром, и небо зловеще потемнело. Молнии зигзагами рассекали тьму, и все три ведьмы заквохтали от удовольствия при мысли о приближающейся грозе.
— Прекрасная ночь, сестрицы, — проговорила старшая из них, с наслаждением вдыхая напоенный прохладой и озонированный молниями воздух. Она перелистывала страницы книги, пока не нашла рецепт, который искала. Затем, водя по странице почерневшим заскорузлым ногтем, отыскала ингредиент, который следовало теперь добавить в кипящий котел.
— Ага, — ухмыльнулась старшая ведьма. — Эта штука доставит мне особое удовольствие. Только что отрезанный палец мальчика. — Она посмотрела на сестер, и те ухмыльнулись ей в ответ. — Принесите-ка его мне, и поживее! — хрипло распорядилась она.
Две сестры удовлетворенно переглянулись и, покинув высвеченную пламенем костра площадку, направились к кустам, окружавшим поляну, на которой был разведен костер. При виде приближающихся ведьм мальчик заплакал. Его тонкие, хрупкие запястья кровоточили от усилий освободиться от веревки, которой ведьмы связали руки и ноги несчастного. Его светлые волосы растрепались, вспотевшая челка прилипла ко лбу, на щеках виднелись подтеки от пролитых слез. И все же мальчик из последних сил старался не трусить. По сути дела, он просто не мог сдержать невольных слез. Но, конечно же, он был смертельно напуган.