Приоткрыв один глаз, Пушнюс увидел, как одураченная толпа приветствует спасителя - Цезаря. Цезарь торжествует, хотя по его физиономии видно, что сопротивление Пушнюса не прошло ему даром... Совсем потеряв голову, Клеопатра бросается с поцелуями к Антонию, крепко прижимается к Цезарю и все просит выкачать из тела Посейдона несуществующую воду.

Когда обнаглевшие загоральщики принялись снова кто во что горазд приводить в чувство Пушнюса, он вскочил и остервенело растолкал собравшихся. Потом плюнул в ту сторону, где стояла Клеопатра со своими цезарями, и обратился к околпаченным людям:

- Чего глазеете? За милицией бегите! Не видите разве, что эти негодяи утопить меня хотели!

Но люди, увы, не послушались его. Посейдон от их усердия еле держался на ногах, и многие решили, что он просто пьян. Их симпатии были явно на стороне спасителей.

И тогда Пушнюс сам как был отправился в город на поиски первого попавшегося милиционера. А найдя, изложил в устной и письменной форме о состоявшемся покушении, с указанием фамилий, взволнованно описал во всех подробностях словесный портрет той троицы и лишь тогда согласился сесть в карету "скорой помощи".

Врачи установили у Посейдона сотрясение мозга какой-то степени, что надолго задержало его в психоневрологическом отделении.

Когда же Клеопатра пришла навестить мужа, больной демонстративно отвернулся к стене, и никакие мольбы притворщицы не заставили его хотя бы переменить позу.

Оправившись немного от болезни, Посейдон Пушнюс подал в народный суд пространное заявление, основанное на железной логике и подкрепленное вескими аргументами. Иначе говоря, возбудил против своей супруги Клеопатры Пушнене нешуточное дело о разводе.

А спустя полгода Посейдон снова ходил в холостяках. Его переполняли любовь к жизни и ненависть к врагам, ряды которых продолжали неуклонно расти.