Мне довелось видеть женщин на трех континентах, но никогда я не встречал лица более холодного и более совершенного, чем у хозяйки замка Арнсворт, неподвижно застывшей в этой комнате смерти.
Долиш кашлянул.
– Вам лучше отдохнуть, миледи, – грубовато сказал он. – Можете быть уверены, что инспектор Грегсон и я сделаем все по закону.
Впервые она взглянула на нас, и в неверном мерцании свечей мне на мгновение показалось, что в ее прекрасных глазах промелькнула и исчезла скорее насмешка, чем печаль.
– Стивен не с вами? – спросила она не к месту. – Ну да, конечно, он должен быть в библиотеке. Верный Стивен!
– Я боюсь, что смерть его светлости…
Она резко встала, ее грудь вздымалась, а рука судорожно мяла край кружевного платья.
– Его адской светлости! – прошипела она и, в отчаянии всплеснув руками, повернулась и медленно удалилась.
Когда дверь закрылась, Шерлок Холмс опустился на колено возле гильотины и, приподняв край пропитанного кровью покрывала, взглянул на тот кошмар, который скрывался под ним.
– Да уж, – произнес он спокойно, – от удара такой силы его голова должна была прокатиться через всю комнату.
– Я не нашел ее. Не было никакой головы.
Некоторое время Холмс так и оставался стоять на колене, молча уставившись на говорившего.
– Мне кажется, что вы слишком многое воспринимаете как само собой разумеющееся, – сказал он наконец, поднимаясь на ноги. – Позвольте мне выслушать все, что вы думаете по поводу этого странного преступления.
– Все достаточно ясно. Вчера вечером два человека поссорились, и дело, очевидно, дошло до драки. Молодой человек поборол своего пожилого противника, а затем убил его с помощью этого вот инструмента. Капитану Лоудьяну пришлось связать лорда Коупа, следовательно, тот был еще жив, когда его положили на гильотину. Преступление было обнаружено сегодня утром дворецким Стивеном, а конюх привел меня из деревни, после чего я предпринял все необходимые меры, то есть произвел опознание его светлости и описал все предметы, находившиеся при нем. Если вы хотите знать, как сбежал убийца, я могу вам это сказать: на лошади, которая исчезла из конюшни.