— Со стрелами?

— Со стрелами.

Витька глядел раскрыв рот. У Следопыта был самый разособенный лук из всех. Резной. Как настоящий.

— А почему не мне? — обиделась Иринка. — Он и стрелять-то не умеет!

— А тебе я журнал учительский отдам. Тот самый. Правда, там немного страниц заполнено — я Серёжку учила буквам… Хочешь?

— Ну, если только он тебе уже не нужен… — дипломатично сказала Ирина, стараясь спрятать под ресницы разом заблестевшие глаза. — Я буду очень рада.

— Подожди, я поищу, у нас ещё не все распаковано, — Настя побежала в домик.

Вот она, эта коробка… И огромный бабушкин журнал. Он пах, как старые книги из её высокого шкафа, настоящий древний драгоценный учительский журнал! Любимый. Он напоминал о научной работе, о серьёзных делах. Настя вздохнула, открыла его на самой середине и нырнула носом в расчерченные страницы. Зажмурилась… Прошептала:

— Пятое правило Следопыта. То, что ты отдал — то твоё. То, что ты отдал — то твоё…

И захотелось закричать:

— При чём тут правила! Какой я теперь Следопыт без племени и без лука!

— Шестое правило Следопыта. Выбрав дорогу, не сворачивай.

Вытерев набегавшие слёзы, потому что ужасно дорог был ему учительский журнал и ещё дороже резной лук, Следопыт запихал коробку под стол и вышел на крыльцо.

— Спасибо, — сказала Ирина. — Ну, мы пойдем, ладно? Скоро обед.

— Ладно. До встречи. Да процветают ваши сады! Хэй!

— Хэй.

Брат и сестра пошли по дорожке. Витька листал журнал, а Ирина пыталась натянуть тетиву. Витька негромко сказал:

— Ничего себе она такими драгоценностями разбрасывается. Вообще-то, я думаю, мы всё равно будем приходить за малиной… Слушай, а ты бы её научила взрослым играм. Шахматам, что ли. Или картам. А то правда, чего она как маленькая.