Среди курсантов стали распространяться слухи о том, что в боевых подразделениях подрывников «потери будут достигать 75 процентов». Это предположение казалось вполне правдоподобным как рядовым, так и офицерам. Все, что касалось учебы и планов использования подразделений, держалось в секрете: строжайшее сохранение военной тайны вполне оправдало себя на протяжении всей войны. Благодаря этому удалось не только сохранить жизнь сотням подрывников, но и обеспечить успех многих десантных операций, предотвратив большие потери среди американских сухопутных войск и морской пехоты.

Добровольцы, прибывавшие в Форт-Пирс, почти не обеспечивались жильем, снаряжением и учебными программами. Невыносимая летняя жара, мириады москитов и блох — вот что ожидало курсантов на побережье Флориды. Но бороться с этим «противником» курсантам с самого начала помотали терпение и присущий им юмор.

Готовя учебную программу, Кауфман обратился к разведывательно-диверсионному подразделению, проходившему обучение на той же базе, с просьбой составить на основе их собственной восьминедельной программы физической подготовки сокращенную программу, рассчитанную на одну неделю. Соперничавшие с подрывниками разведчики охотно выполнили эту просьбу. Составленная ими программа официально именовалась «неделей первоначального обучения», но никто не называл ее иначе, как «адской неделей».

Кауфман и его офицеры вместе с первыми курсантами прошли все испытания буквально адского напряжения в течение такой недели. Тем самым в командах подводных подрывных работ было установлено правило, согласно которому офицеры и рядовые должны обладать одинаковыми навыками и переносить одни и те же трудности.

Поскольку предполагалось, что подрывные работы будут проводиться с резиновых лодок или на отмелях, курсанты проходили обучение в полном боевом снаряжении — тяжелых ботинках, спецодежде, шлемах и громоздких спасательных поясах.