Их стало так много, что с выходом в свет двенадцатой книги Майкл Гартигэн переселился в большую квартиру на Парк-Лейн и нанял двух секретарш. Но он не питал в отношении себя никаких иллюзий. И эта особенность характера Гартигэна особенно импонировала его друзьям.

Как-то, декабрьским днем, мисс Фейрлоун, секретарша, которую он никогда не приглашал на ленч, позвонила в, как она выражалась, святая святых, чтобы сказать...

- Один момент,- прервал ее Майкл.- Одним прыжком лорд Гарри достиг столба, к которому привязали обреченную на мучительную смерть, теряющую сознание Натали. Резким ударом ножа... нет... Когда подбегающие дикари... нет... Изумление верховного шамана при его внезапном появлении дало ему короткую передышку... черт побери, ну не напишешь же: возможность перевести дыхание. В полной мере воспользовавшись ею, он... нет... быстрым ударом... в мгновение ока... резким взмахом... с... черт, да кого это волнует? - он выключил диктофон.- Ну, мисс Фейрлоун, в чем дело? И помните, дикари сбегаются со всех сторон, Натали не может ждать.

- О, извините, мистер Гартигэн. Пришел джентльмен, который хочет вас видеть.

- Вы сказали ему, что я не хочу его видеть?

- Да, но... тут необычный случай.

- Кто он такой, в конце концов? Пресса или общественность?

- В этом-то и загвоздка. Он говорит... право, мистер Гартигэн, я не знаю, как тут быть... Он говорит, что он - Майкл Гартигэн.

- Вы имеете в виду, он сказал, что это я? Он прав. Так оно и есть.

- Нет, нет, я имею в виду то, что сказала. Он утверждает, что это он.

- Псих,- изрек мистер Майкл Гартигэн после короткого раздумья.- Он похож на психа?