В этот момент Лили открывала дверцу буфета, поэтому она не смотрела на Джеймса, но зато она видела содержимое буфета. Внутри были две бутылочки тыквенного сока, коробочка с шоколадными лягушками, две упаковки Бобов Всех Вкусов Берти Бобс, тыква и поднос. Она сложила все на поднос, подняла его и повернулась. Затем увидела полуголого Джеймса. Лили забыла, что у нее в руках поднос, и уронила его. Со звоном он упал на пол. Бутылки разбились, и тыквенный сок разлился по всему полу. Тыква разбилась вдребезги и испачкала пол еще больше.

— Браво, Эванс! — захлопал в ладоши Джеймс. — Я знал, что я такой неотразимый, но я не знал, что ты будешь так рада увидеть меня в одних трусах.

— Заткнись, бесстыдный негодяй! Ты голый! А это не по-джентельменски — находиться перед девушкой раздетым.

— Да ладно тебе… я не раздетый, я в трусах.

— Большая разница.

— Мы же не в Средневековье, Эванс! Представь, что я в шортах. Не пугайся ты так! Я уверен, что ты видела не только наполовину, но и полностью голых мальчиков.

— Лили подошла к Джеймсу и залепила ему пощечину.

— Ой, Эванс!

Она только посмотрела на него.

— Больно! — пожаловался Джеймс.

— Я знаю, поэтому я это и сделала.

— Не прикидывайся святой, Эванс. И только не говори мне, что ты девственница.

— Я девственница.

Джеймс истерически захохотал.

— Что? В этом есть какая-то проблема? — сердито спросила Лили.

— Эванс, в 70-х не бывает тинейджеров-девственников.

— Бывают. Это я.

— Только потому, что никто не сможет влюбиться в такую каргу, как ты.

— К вашему сведению, мистер Поттер, я еще девственница потому, что я хочу ею быть.

— Ну да, конечно.

— А ты, Поттер, разве ты не девственник? Ведь Констанция никогда не говорила мне и девчонкам о каких-либо близких отношениях с тобой.