От ароматного, наполненного горько-сладким запахом каких-то трав дыма у Олега слегка закружилась голова. Когда они приблизились к эрлу, то увидели, что тот бросает в горячую воду сухие травы и цветы, растирая их своими длинными пальцами, украшенными серебряными кольцами.
Подняв голову и увидев их, Барах сказал:
— Приветствую вас, правители Легарона и Лур-Гора, а также тебя, Пришелец — ты снова явился в наш мир в черные для него времена!
— Почему ты сразу не явился ко мне, Барах? — капризно спросил Данегор.
— У меня были неотложные дела и у нас нет времени на праздные разговоры, — отозвался эрл. — Сегодня новолуние и я могу воспользоваться Зеркалом, чтобы показать вам, где сейчас маленький Элаор — Новый Правитель.
— Где он? — воскликнул Торсег, потеряв самообладание.
— Сейчас ты это узнаешь, но сразу предупреждаю — это знание принесет тебе горе и приведет в смятение, — отозвался Барах.
— Говори, если знаешь, где мой сын. Я должен его вернуть в Лур-Гор! Я обещал королеве луров вернуться только с сыном на руках! — вскричал Торсег.
Барах на миг поднял глаза и взглянул в лицо Торсегу — тот сразу же замолчал и снова стал тем бесстрастным воином и горделивым правителем, которым его знали все в Обжитом мире. Олегу показалось, что эрл что-то внушил Торсегу и тот снова смог владеть своими чувствами.
— Встаньте вокруг! — Барах повелительно обвел руками широкий таз, у кого стоял сам.
Даже горделивый Данегор не стал спорить по поводу того, кому здесь надлежит отдавать приказания. Они стали смотреть на зеленовато-коричневую воду в тазу, от которой поднимался густой пар. Барах провел несколько раз руками над самой водой и достав из тряпичного мешочка у пояса голубой цветок, бросил его в таз. Поверхность воды стала голубоватой, а затем быстро начала светлеть. Барах дотронулся своим посохом до края таза и к своему безмерному удивлению Олег стал различать на глади воды очертания далеких гор и унылую безжизненную пустыню. В тазу, словно в зеркале, отражались невиданные никем из собравшихся земли. Они видели их словно с высоты птичьего полета.