УМОРУШКА. Не нравится по-мужски!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Где нож?

ШУСТРИК (убрав одну руку от уха). Что?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (успевает схватить ШУСТРИКА за ухо). Где нож? Где нож? Где нож? (Отпускает ухо).

ШУСТРИК (чуть не плача). Сам зарок давал, а сам за ухи треплет!.. Нет у меня ножа! (Садится на пенек спиной к КАЛИНЕ КАЛИНЫЧУ).

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (виновато). Уж и потаскать нельзя… Не оторвал ведь? И не разговаривает с дедом… Обиделся, видишь ли…

УМОРУШКА в это время подходит к брату, осматривает его ухо и глядит ШУСТРИКА по голове: жалеет.

Не прощенья же мне у тебя просить?! Ну, прости, погорячился… Ну, хочешь, я на колени встану? Я встану!

В этот момент появляется БАБА-ЯГА. Она невольно становится свидетельницей конца этой сцены. КАЛИНА КАЛИНЫЧ становится на колени перед ШУСТРИКОМ.

Готово! Смотри!

УМОРУШКА (заметив БАБУ-ЯГУ, шипит КАЛИНЕ КАЛИНЫЧУ). Де-да-а!..

БАБА-ЯГА (виновато). Простите… Я, кажется, не вовремя…

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (смущенно). Нет, почему же… В самый раз… Мы… репетируем!

БАБА-ЯГА. Нашли время! Чаща Муромская в опасности, а они репетируют!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (поднимается с колен). Мы и репетируем, как быть непреклонными с врагами, если они начнут просить пощады.

БАБА-ЯГА. И Шустрик был непреклонным?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Как скала!

УМОРУШКА. Нянюшка, ты пешком?

БАБА-ЯГА. Пешком, милая. Зачем ступу взад-вперед гонять? Она у меня старая. (Садится на пенек). Что делать будем с гостями непрошеными?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Вразумлять. Не поможет – предупрежденье сделаем.

ШУСТРИК. Уже делали.

УМОРУШКА. Заблудить их нужно. Далеко – далеко!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Нет, с дороги мы их сбивать не станем. Их, наоборот, нужно наставить на путь истины.

УМОРУШКА. У нас такого пути нет! Может, он где-нибудь подальше от нас находится?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Когда взрослые разговаривают, дети должны помалкивать.

БАБА-ЯГА. А что если «АНДЫ-ШАЛАНДЫ»… – и дело с концом?