Однажды вечером Лягушка поймала в пруду под Дубом Комара и, приготовив ужин для семьи, стала звать дочку:

- Куотре, Куотре, Куотре!

- О-ах, о-ах, о-ах!..- лениво проквакала та.

- Дай-ка ножик, дай-ка ножик, дай-ка ножик!

- Как-кой, как-кой, как-кой?

- Кр-р-ривой, кр-р-ривой, кр-р-ривой! Сидя на листе кувшинки, Куотре ворочала большими вытаращенными глазами и не двигалась с места. Немного погодя мать снова завела:

- Куотре, Куотре, Куотре!

- О-ах, о-ах, о-ах!

Захотелось Жёлудю напугать их. Прицелившись, он сорвался с ветки и плюхнулся в воду прямо под носом Куотре, так что только брызги полетели.

Вся Лягушкина семья с перепугу нырнула в воду и забилась в ил. А Жёлудь, отвоевавший лист кувшинки, покатывался со смеху: ему ужасно понравилось, что лягушки так боятся его.

Старый Дуб, наверное, пожурил бы озорника, но тут, как нарочно, ветер утих, и ни один листок не шелохнулся. Только придирчивый Скворец не мог успокоиться - растолкал братьев и, взмахивая крыльями, стал доказывать им:

- Фьють! Фьють! Фьють! Не даёт уснуть, не даёт уснуть!

Его поддержал Говорец:

- Просто жуть, просто жуть, просто жуть! Однако Певец стал их урезонивать:

- Как-нибудь, как-нибудь!.. Задремавший было Воробей высунул голову из своей дыры и обругал братьев:

Чир-чир-чир

И чиру-чиру,

Не даёте

Спать вы миру.

Чир-чир-чир

И ча-ча-ча,

Нет покоя

По ночам!

Скворец, Певец и Говорец накинулись на Воробья. Воробей кликнул на помощь жену. И загомонило всё дерево!

А Жёлудь, который всё это устроил, поплыл к берегу и, спрятавшись за бугорком, стал ждать, когда у Куотре в лёгких кончится воздух.

На этот раз он вскочил прямо на лист кувшинки и столкнул Куотре, отчего бедняга, испугавшись, потеряла дар речи. И как ни звала её несчастная мама Лягушка, Куотре до утра не могла откликнуться.