- Эй, жена, глянь-ка, какого я мышелова принес! - буркнул Усач.

Его сердитая жена поглядела на меня и заметила:

- Хитрющего кота притащил ты, муженек! Ворюга он, сразу видно. Вместо того чтобы мышей ловить, он всю ночь за салом будет охотиться.

- За сало не беспокойся, - ответил Усач. - Я этого кота сейчас так подкую, что ему под кровлю забраться никак невозможно будет.

``О-хо-хо! Где ты, мой добрый дедушка Триша? - вздохнул я. - Тошу твоего подковать собираются. Будто он не кот, а конь!"

Бездушный Усач отыскал четыре ореховые скорлупки, надел их мне на лапы и залил воском. Меня обули в самые настоящие ореховые башмаки. Бегать в них просто немыслимо: при первой же попытке я поскользнулся, ткнувшись носом в пол. Это меня образумило. Я стал осторожнее переступать с лапы на лапу, но проклятая обувка так стучала, что слышно было, наверно, не только нашим мышам, но и соседским.

Так-так, трак-трак... - цокали мои башмаки, а Усач корчился от смеха и приговаривал:

- Ну, жулик, теперь можешь лезть за салом! Пожалуйста!

Настала ночь. Хозяин запер дверь, все улеглись спать, а я в моих ореховых ботинках остался у очага наедине с салом, висевшим на стрехе под кровлей. Вы, конечно, догадываетесь, что я не раз пытался потихоньку-полегоньку добраться до сала. Но тщетно! Каждый раз я скатывался вниз, как по льду. Из-за проклятых ореховых ботинок весь мир стал скользким и шатким. Нечего было и думать о головокружительных восхождениях на крышу, о том, чтобы слазить на дерево или поточить когти о кору. Жизнь стала гладкой, скользкой и опасной.

- Мяу, мяу, прощай сало, душистое и манящее! Никак мне до тебя не добраться! - причитал я, расхаживая по пустому дому и стуча подковами: так-так, трак-трак...