Тётка Полина поднялась. Забрав полный таз и почти пустое ведёрко, она собралась уходить. Тут её будто громом поразило. Она остановилась разинув рот. На дороге появилась та самая лошадка, которую она видела в огороде.

Батюшки! Не померещилось!

Лошадка была не одна. На спине у неё сидела соседская девчонка Катя. Они ехали шагом и весело болтали. Им было так интересно и хорошо, что тётку Полину они даже не заметили и продолжали путь к лесу. А тётка Полина прибежала домой, перелила молоко в банку и, накрыв её чистой марлечкой, поспешила к соседу на его двухэтажную дачу.

Проходя мимо этой дачи, жители посёлка удивлялись: вот так дачка! Калитка железная, забор колючей проволокой обтянут, и каждая штакетина заканчивается гвоздём. Это чтобы кто-нибудь не вздумал через забор перелезть. Ровные грядки клубники тянулись от самого забора до гаража. Ни детям, ни собакам, ни всяким прочим кошкам сунуться сюда было невозможно. И даже птицам не разрешалось садиться на вишни и смородину. За порядком в саду следило пугало. А на крыше дома торчал лес антенн, электропугалок и ветровых хлопушек, чтобы гонять ласточек, синиц и воробьев. Маленькие и большие вертушки и флюгера так сильно трещали на ветру, что казалось, дача вот-вот поднимется над посёлком, как вертолёт.

Молочнице пришлось долго ждать у калитки, прежде чем хозяин услышал трели звонков и нажал на кнопку, открывающую все замки. А их было больше десятка и все разные. Наконец калитка отворилась. Подходя к дому, тётка Полина прислушалась: на чердаке разговаривали.

— Ну так и есть, приятель пожаловал. Повар, — узнав голоса, пробормотала тётка Полина. — Принесла его нелёгкая! Теперь трепаться будут, словечка не вставишь… Не то чтоб новость рассказать да разузнать самой, что слышно.