Продавец и тётушка Гирошима общались друг с другом на каком-то птичьем языке, пересвистываясь и перемигиваясь.

– Ад унгвэм, – расслышал единственное различимое Бублик, когда хозяин стал насыпать на чашу маленьких весов порошок, отмеряя нужное его количество с помощью крупных блестящих зёрен неизвестного растения, которые он осторожно брал щипчиками из коробочки, и клал на другую чашу.

Бублик выглянул в пыльное окошко – на том пятачке рынка, который виднелся из окна, было тихо.

Тётушка Гирошима, уложив пакетик с порошком в сумку с оборочками, сказала Бублику:

– Посторожи, дружок, мои покупки, а я сейчас.

И хозяин лавки с поклонами повёл её куда-то вглубь дома.

Бублик остался один среди черепов и сушеных лапок.

Он отошёл к самому безопасному прилавку, где костей не было, и в маленьких ящичках красовались самые разные камушки, круглые и плоские, матовые и блестящие, с дырочками и без.

От нечего делать, Бублик стал перебирать их, гадая, для чего они нужны.

– Для лечения разных болезней, для оберега, для многого, – прошелестел хозяин лавки, незаметно пришедший обратно.

Он вынул из ящика кроваво-красный камень, испещрённый чёрными узорами.

– Вот этот помогает в запутанных делах. Возьми.

Бублик взял округлую гальку, гадая, сколько она может стоить.

– Ничего не стоит, – произнёс немыслимые для продавца слова хозяин лавочки. – Раз ты с госпожой Гирошимой, это подарок.

Отказываться было неудобно, и Бублик сунул камешек в карман.

Отчаянно чихая, тётушка Гирошима неожиданно вошла в лавочку с улицы, – то есть совсем с другой стороны. И казалась очень довольной.

– Ну, пойдём, – обратилась она к Бублику, – пора. Там что-то интересное завязывается.

Бублик подхватил её сумочку, размышляя, купила ли травница хоть одну черепушку или все покупки ограничились скучными порошками?

Они вышли из лавочки. Бублик огляделся и понял, что никаких людей в серёжках вокруг и в помине нет. Это его обрадовало.