— А это имеет значение?

Он бросил быстрый взгляд на нее, напряг бицепс, прижав его к ее руке.

— Я не настолько уж постарел, — сказал он, — не беспокойся, силенка еще есть.

— Тебе не придется этим больше заниматься, — откликнулась она. — Стоит мне только подумать о том, что ты сидишь рядом со мной и что ты можешь так летать и лазить по канатам, как у меня дух захватывает.

— Мне приходилось быть дублером артиста, игравшего роль ковбоя, выполнять всякие трюки, — сказал он.

Лили пригубила виски, внимательно посмотрев на него через край бокала своими большими карими глазами, похожими на темную летнюю ночь.

Ему нравилось, когда она смотрела на него, но она была дорогой женщиной. Ему всегда не хватало денег, и он боялся, что если она узнает правду о его положении, то тотчас же с ним порвет.

— Брент был посвоему хорош, — сказала она, — но он никогда не смог бы так летать и лазить по канату. Это было ему недоступно.

Она редко упоминала Брента Моргана.

— Вы были понастоящему близки, я полагаю?

— Да, это так, но это все в прошлом. И ты это знаешь, дорогой. — Она опять пригубила бокал. — Кроме того, я предпочитаю думать о тебе, о нас вместе. Мы с тобой гораздо ближе, чем я когдалибо была с Брентом.

— Не надо мне льстить, Лили. Лучше вообще об этом не говорить.

— Брент и я были довольно близки. И я знаю очень многое.

Помолчав, Эл заметил:

— Так ты многое знаешь?

— Очень многое.

— Брент Морган был крупным дельцом, — сказал Эл. — Даже в тюрьме он остается фигурой.

— Он — конченый человек, — сказала она. — Кроме того, ему не выбраться оттуда до конца жизни.

Эл был уверен, что она начинена тайнами, о которых он никогда не узнает. Брент Морган играл покрупному, ему было доступно все. Эл же лишь «копался в отбросах».