— Мне надо тебе коечто сказать. Тебе пора об этом знать, — начала Лили. — Я не могла тебя посвятить в это с ходу. Мне надо было выждать. Сейчас ты узнаешь почему.

Эл осторожно поставил свой бокал на стоявший перед ними журнальный столик. Глядя на нее, он ждал, что она ему скажет.

— Я должна тебе чтото сказать о Бренте и о себе. Это должно тебя заинтересовать.

— Да?

— Эл, дорогой, — продолжала она, — я знаю, что у тебя нет денег. Это так. А нам нужны деньги, много денег. И я не представляю, как ты их сможешь добыть.

Впервые за этот вечер ему не хотелось говорить.

— Я придумала, как нам выйти из этого положения, — сказала Лили. — Но тут потребуется твоя помощь.

— Так, — обронил Эл. Он еще ничего не понял, но весь напрягся в ожидании.

— Тебе надо налить еще виски, — улыбнувшись, сказала она. — Подкрепись.

Поднявшись с дивана, она взяла его бокал и направилась к бару через комнату. Он не мог оторвать глаз от ее бедер. При этом он думал о том, что она ему скажет. Вернувшись с напитком, она опустилась на диван и еще теснее прижалась к нему. Одной рукой она нащупала тугие мышцы его руки. Он потягивал виски, ожидая продолжения.

— Было ограбление, о котором еще ничего не знают, — сказала она. — Была взята большая сумма, и каждый получил свою долю. Несмотря на это, еще много осталось. Ограбление состоялось как раз перед тем, как посадили Брента.

— Ну и что? — спросил он небрежно.

— Там было много денег.

Взглянув на нее, он спросил:

— Сколько?

— После того, как все получили свою долю, осталось почти триста тысяч долларов.

Эл присвистнул. О такой сумме он не смел, не мог и мечтать.

— Эту операцию задумал и осуществил Брент, — пояснила Лили.

Его это заинтересовало, и он спросил:

— Это не всплыло на суде?