— Да, вы угадали, вещей у меня немного, — произнес он шутливым тоном и потом прибавил: — А вас как зовут? Позвольте узнать.

— Анной Дмитриевной! А вы меня можете называть просто Нюрой, а то что там «Анна Дмитриевна». Смешно.

— Ах, как хорошо, что вы Анна! — произнес Алеша.

— Почему же?

— Да маму мою так зовут. И голос у вас совсем как у мамы, и волосы. Нет, я положительно рад, что к вам попал. Вы мне маму напомнили.

— Вы, верно, маму вашу без ума любите? — поинтересовалась Нюра.

— Еще бы! — отвечал Алеша таким тоном, что сразу расположил к себе девушку. — Ведь у меня, кроме мамы, никого нет на свете… Она меня после смерти отца вынянчила, выходила и человеком сделала. Как же маму не любить! А вы разве матери своей не любите?

— У меня нет матери и отца нет… Я круглая сирота, — грустно ответила Нюра.

— Бедная! — тихо произнес Алеша. — А эта квартира, скажите, принадлежит вашему дяде, да? — спросил он.

Нюра закусила губы и, запинаясь, не сразу сказала:

— Дмитрий Васильевич Марин, хозяин этой квартиры, мне, собственно, не дядя, а какой-то дальний родственник моей покойной мамы, который взял меня из приюта… Я его называю дядей и уже третий год у него живу, хотя…

Она не досказала и спросила:

— Позвольте вас спросить, как вас звать?

— Меня зовут Алексеем… Алексеем Ивановичем. Но я не привык, чтобы меня так называли, да и привыкать не хочется. Мама называла меня всегда Алексеем или Алешей, и я бы хотел, чтобы и вы, Нюра, меня так называли. У вас голос очень похож на голос моей мамы, и когда вы будете меня называть Алексей, это мне будет напоминать мою дорогую маму.

— Хорошо! хорошо! — радостно ответила девушка. — А только я с вами заболталась. Дворник уже давно вещи принес.

И, сказав это, она побежала в прихожую. Оттуда через несколько минут послышался ее звонкий голосок: