– Ну они ведь не зеленые пацаны! И не залетные туристы, чтобы не знать, что тут и как. Зря ты тревожишься, Валентиныч. То, что они в прошлый раз вернулись в поселок тютелька в тютельку, как обещались по срокам, еще ничего не означает. Сам же говоришь – «секретные дела» у них.

Пинчук включил электрочайник. Воду они топят не из снега, а изо льда, который нарезают электропилой на ближнем озере и запасают в виде ледяных блоков впрок. Снял с плитки кастрюльку с дымящимся супом, заправленным говяжьей тушенкой. Поставил ее на подставку – второй стол, используемый иногда как стол для совещаний, иногда для небольших застолий, а чаще как обеденный, расположен в дальнем от входа конце вагончика.

– Валентиныч, кушать подано! – Пинчук взял большую деревянную расписную ложку, невесть как попавшую сюда, и стал разливать густой суп по глубоким тарелкам. – Давай за стол, а то остынет!

Ели молча. Николай – с аппетитом, ибо навкалывался, организм требовал горяченького, жидкого, требовал калорий, желательно даже впрок. Игорь Валентинович, судя по мрачному виду, ел через силу. Не столько даже завтракал, сколько «питался». И то – день им предстоит, судя по всему, не из легких.

Питаются они здесь, надо сказать, не слишком разнообразно. Хотя продуктов сейчас в избытке, не то что в прежние годы. Есть полуфабрикаты – порционные стейки, филе трески, колбасы, вяленое мясо… Консервов всевозможных у них вдосталь. Даже мороженые фрукты и овощи имеются в кладовке, устроенной в контейнере, который служит им здесь складом для продуктов питания.

После того как они остались на хозяйстве вдвоем – «ученые» не в счет, у них свои заботы, – на готовку времени почти не остается. На Николае, почитай, все хозяйство сейчас держится. Он и электрик, и механик, и водитель, и просто мастер на все руки. Голышев, надо отдать должное, не строит из себя большого начальника.