— Как две сестры! — восторженно шепчет Лотта.

Звучит гонг! Пора обедать!

— Вот будет потеха! — кричит Луиза. — Пошли скорей!

Девочки выбегают из умывалки. При этом, заметьте, они держатся за руки.

Другие дети уже давно сидят в столовой. Пустуют только места Луизы и Лотты. Вот открывается дверь, входит Лотта. И, ни минуты не мешкая, садится на место Луизы.

— Эй ты! — окликает ее Моника. — Это Луизино место! Побереги лучше ногу!

Девочка в ответ только пожимает плечами и принимается за еду. Дверь снова открывается и в столовую — да, да! — опять входит Лотта, собственной персоной. Она с неподвижным лицом приближается к единственному свободному месту и садится. У девочек за столом отвисает челюсть. И вот уже вся столовая смотрит на них. Потом все вскакивают и обступают обеих Лотт.

Обстановка разряжается, лишь когда обе девочки прыскают со смеху. Не проходит и минуты, как столовая оглашается многоголосым детским хохотом.

Фрау Мутезиус морщится.

— Это что тут за галдеж? — Она поднимается и, подобно грозной королеве, направляется к центру этого буйного веселья. Но при виде двух девочек с косами гнев ее тает, как снег на солнце. И она весело осведомляется:

— Итак, кто же из вас Луиза Пальфи, а кто Лотта Кернер?

— А мы не скажем! — заявляет одна Лотта, подмигивая, и вновь раздается громкий хохот.

— Ради всего святого! — в комическом отчаянии восклицает фрау Мутезиус… — Так что же нам теперь делать?

— А может, кто-нибудь все-таки угадает! — с удовольствием предлагает вторая Лотта.

Штеффи поднимает руку, как школьница, которой хочется непременно первой прочитать стихотворение.

— Я что-то знаю! — кричит она. — Труда учится с Луизой в одном классе, вот пусть Труда и угадает!