Не выпуская из пасти кролика, Синегривка бросилась к ближайшему дереву и стала взбираться на него, как белка. Ей казалось, что у нее сейчас отломится шея под тяжестью кролика.

Страшные челюсти лязгнули прямо рядом с ней, и Синегривка едва успела отдернуть хвост. Собака бросилась к дереву, захлебываясь свирепым лаем. Глаза ее сверкали от возбуждения.

Синегривка полезла еще выше, с такой силой впиваясь в кору, что мелкая крошка дождем сыпалась на собаку, в ярости скребущую передними лапами по стволу. Синегривка затравленно огляделась, сердце у нее отчаянно колотилось от страха. Она немного успокоилась, заметив на ветке соседнего дерева бурый силуэт Зарянки.

— Остролапник! — громко позвал Змеезуб.

— Я здесь, — послышалось где-то над головой Синегривки, и она с облегчением перевела дух!

«Значит, наглый оруженосец тоже успел спастись от собаки!»

Змеезуб продолжил перекличку, и вскоре Синегривка услышала срывающийся голос Безуха:

— Здесь!

— Синегривка? — выкрикнул Змеезуб.

Синегривка еще крепче вцепилась зубами в кролика. Она не могла отозваться. Что ей теперь делать? Как спуститься? Мерзкая псина теперь ни за что не уберется от дерева — еще бы, разве она может упустить возможность слопать сразу и кошку, и кролика в придачу! Она уже чует запах свежей крови.

И тут послышался грозный оклик Двуногого. Собака застыла, потом раздраженно зарычала, но Двуногий крикнул еще раз. Тогда собака, скуля от отчаяния, поплелась прочь.

Тяжеленный кролик оттягивал ноющие челюсти Синегривки, но она дождалась, пока собака и Двуногий не уберутся подальше, и только после этого медленно спустилась по стволу. Неуклюже спрыгнув с дерева и больно ударившись когтями, она бросилась к подножию Змеиной горки.

— Синегривка!

Соплеменники бегали вокруг, испуганно окликая ее.

Синегривка швырнула кролика им под лапы.