Я сказал Люсеньке, что у меня нет расписания, не знаю, какие уроки на завтра делать.

- Сейчас мы все устроим, - сказала Люсенька.

Она усадила меня за письменный стол, достала дневник, раскрыла. Никто в классе не умеет так аккуратно вести дневник и тетради. Люсенька собирается стать учительницей и по-учительски требовательна к себе - она школу организовала на лестнице (я еще об этой школе расскажу). Люсенька и со мной вела себя как учительница. Только в той игре, которую она затеяла, уж очень маленьким учеником я ей представлялся: первоклассником.

- Достань-ка, Быстроглазик, дневник, сосредоточься и пиши аккуратно.

Оба мои дневника были заполнены.

- Я на листке сперва, Людмила Викторовна, - сказал я. - Боюсь наляпать.

Я раскрыл портфель, чтоб поискать листок бумаги. Я не учел, как может повести себя учительница с первоклассником. Люсенька сама достала дневник из моего портфеля.

- Зачем же, - сказала она, - эта непроизводительная затрата времени. Сосредоточься - и ты напишешь без помарок.

Уже она начала раскрывать дневник. Я вырвал его и сделал вид, что страшно рассердился.

- Хватит! - сказал я. - Я тебе не первоклассник - не командуй! Я четвероклассник, поняла? Ко мне в портфель лазить нельзя!

Люсенька растерялась.

- Ну извини, - сказала она.

Она вышла в другую комнату - наверно, чтоб прийти в себя после моей выходки. Вернулась она с конфетницей, в которой карамельки лежали, поставила конфетницу передо мной:

- Ешь, Быстроглазик.

- Ты извини, - сказал я. - Понимаешь, терпеть не могу быть первоклассником: меня в первом классе по голове портфелем сильно ударили, с тех пор реакция.

- Ладно, Быстроглазик, - сказала Люсенька. - Я же не знала.