
- Видишь, что за человек? - сказала продавщица и кивнула на серебристую будочку. - Взгляды ревнивые бросает. Выбила себе мягкое мороженое и местечко здесь и ревнует меня к каждому покупателю. Да что ж ты ревнуешь? - спросила она громко, так что продавщица мягкого мороженого, пожалуй, и услышала. - У меня ж один покупатель на твоих десять!
Продавщица в будочке вдруг засуетилась, что-то делать стала. Она нагибалась и распрямлялась, ведерко у нее в руках появилось, потом тряпка.
- Милиционера своего знакомого на меня насылает, - сказала мне продавщица. - Милиционер уговаривает перейти на другое место. "Ты, говорит, здесь все равно ничего не заработаешь". А я отвечаю: "Что заработаю, то мое, а уйти отсюда не могу". Я же здесь скоро тридцать лет как сижу. Те, кто детьми у меня мороженое покупали, теперь папы и мамы. Здесь я могу с человеком поздороваться и словечком перекинуться, вот как с тобой сейчас. Здесь родных лиц у меня много. Так как же ты можешь меня на чужой угол гнать? - спросила она опять громко, и женщина в будке задвигалась еще быстрее. - Как же ты додумалась спихивать меня с моего угла?
