Потом он вспомнил, зачем пришел сюда. Окинув взглядом знатока поваленные деревья, он принялся простукивать прутом гниющую древесину и разгребать и ворошить листья. Довольно быстро он высмотрел то, что искал. Присев перед поваленным стволом, он нашел небольшую дыру в мягкой белой древесине. Достал перочинный нож, поковырял лезвием в отверстии и осторожно извлек его. С кончика свисала пухлая белая личинка сантиметров четырех длиной.

— Lamprima adolphinae,

Добрый знак. Существу пришлось не по вкусу то, что его извлекли из уютного гнездышка, и оно принялось яростно извиваться.

— Хорошо-хорошо, — тихо шепнул личинке Сэм Скаттерхорн и вернул ее в мягкий домик.

Опустившись на колени, он принялся осторожно обшаривать красную землю и почти сразу заметил черно-золотой проблеск. Вот он! Осторожно убрав палый листок, Сэм увидел под ним взрослого самца. Это был золотистый жук-рогач, напряженно замерший на шести черных лапках. Тело его казалось полированной металлической пластиной, в которой отражалось чернильно-синее небо над лесным пологом, и с обеих сторон головы изгибались к верхушкам деревьев розовые зазубренные мандибулы,

— А ты крупный парень, верно? — вполголоса произнес он, погладив жука по жестким золотистым надкрыльям, и медленно выудил из сумки коробочку.

Он умело заставил жука забраться на кончик металлического прута, одним движением накрыл его коробочкой и задвинул крышку.

— Ты пойдешь со мной, — с улыбкой сообщил он, постукивая по коробочке пальцем, и бережно убрал ее в сумку. — А кстати, не найдется ли у тебя приятелей для мистера Вонга?