Старший инженер неважно спал ночь. День выдался утомительный, заполненный телефонными разговорами, встречами с разными людьми, поисками в энциклопедиях и справочниках. Постепенно нащупывалось что-то, и поэтому не спалось.

«Ну хорошо, — мысленно говорил он себе, — материалы расследования всё более убеждают в том, что в пилотской кабине «грузовика» действия всех членов экипажа не должны были вызвать неожиданное и резкое снижение самолёта, приведшее к удару о столб. По крайней мере, сознательные действия. Нет речи и о прямом нарушении инструкций и наставления по производству полётов!

Остаются два варианта: либо имелась внешняя причина, так сказать, в чистом виде, либо, опять-таки, что-то извне роковым образом повлияло на пилотов.

Ну-с, и далее… Сам факт столкновения с проклятым столбом, расположенным строго на оси взлётно-посадочной полосы, говорит о должном внимании пилотов к взлёту в столь сложную погоду и при сильном боковом ветре… Значит, всё дело в высоте… Может быть, барахлил прибор высоты?..»

Начались телефонные звонки знакомым пилотам. Вопросы Старший инженер задавал осторожно, внутренне гордясь своими дипломатическими способностями, но провести никого не удалось.

— Всё ясно, — сказал первый пилот. — Вы надеетесь, что вышел из строя прибор высоты? Но на всех самолётах их не меньше двух обычных да ещё радиовысотомер!

— Кроме того, — добавил второй, — половину своего внимания после отрыва от земли пилот уделяет другим приборам. Высоту же подсказывает Штурман…

— Приборы? — задумался третий. — Если уж грешить на них, то следует допустить, хотя это и маловероятно, возможность разрушения всех или нескольких проводов и трубок…