— Сам скажу великому князю…
— Ну, а ежели помрёшь по дороге, тогда как? — выступил вперёд дядька Савелий.
— Да! — вторил ему Авдюшка. — Что тогда?
Долго молчал ордынский пленник. Наконец под дедовым пристальным взглядом вымолвил:
— Царь… Хан Ахмат на великого князя, на Русь собрался походом… Днями выступает со всей Большой Ордой. Великий князь литовский и король польский Казимир — ему в помощь…
Замерли Собинка и родичи его. Тихо и страшно, словно на кладбище, стало. Только птахи в придорожных кустах и деревьях беспечно посвистывают, каждая на свой лад. Нет им дела до людских горестей-печалей.
Скинул дед шапку:
— Вот она, беда-то…
Глава вторая
К великому князю!
Так и шли потом с непокрытыми головами. Дед впереди — прямой как палка. На вопросы встречных сурово отвечал:
— Хан Ахмат всей Ордой идёт походом на великого князя и русскую землю.
Давно были слухи о том походе. Сказывали, будто в феврале Ахматовых воинов видели на правом берегу Оки, на южных рубежах. Полки, посланные великим князем, стояли на левом берегу Оки. А всё не верилось в худое. Думалось: может, то малые набеги, коим числа не было, малыми силами.
А тут живой вестник-свидетель…
С Батыева нашествия и разорения Рязани в 1237 году установилась над Русью чёрная власть ордынских ханов. Не счесть сожжённых ими городов и сёл, людей, зарубленных до смерти саблями и топорами, увезённых в горький полон. Платили русские князья ханам огромную дань, именовавшуюся ордынским выходом, от сбора которой более всего страдали ремесленники, крестьяне и иной простой люд.
Несколько лет назад великий князь Иван III Васильевич прекратил выплату тягостной и обременительной дани. Надеялся, что слабее стала Орда и минет его возмездие. Не решится хан Ахмат идти походом против крепнущего Русского государства.