— Сеппель! — вскричал Касперль. — Что с тобой, ради всего святого? Вставай, Сеппель!
Сеппель лежал как громом пораженный и не издавал ни звука.
— Сеппель! — умолял его Касперль. — Поднимайся, Сеппель!
Он дергал его за волосы, теребил за уши, он щипал его за нос — все напрасно. Тут раздался хриплый мужской голос:
— Он, кажется, попался в собственную ловушку, ха-ха!
И когда пораженный Касперль поднял глаза — он посмотрел прямо в лицо разбойнику Хотценплотцу.
Фейерверк
От испуга Касперль не мог вымолвить ни звука. Что ж ему теперь — вот так просто бросить Сеппеля на произвол судьбы? Да никогда в жизни! Пусть разбойник делает с ним что угодно!
— Ну что, изобретатели?
Хотценплотц опустился на корточки рядом с Касперлем и пощупал у Сеппеля пульс.
— Давай-ка попробуем привести его в чувство. — Он извлек из кармана штанов табакерку. — Эта штука, следует тебе знать, творит иногда чудеса.
— Вы полагаете?
Хотценплотц набил Сеппелю нюхательным табаком полный нос.
— Смотри внимательно, как это помогает!
Не прошло и двух секунд, как Сеппель разразился ужасным чиханием. Он чихал и чихал, словно вознамерился исчихать себя изнутри по кусочку.
Касперль схватил его за плечи и стал трясти.
— Апчхи! — шумел Сеппель и судорожно хватал ртом воздух. — Я, должно быть, схватил ужасный насморк, Касперль, апчхи, ап-чхи-и!
Касперль протянул ему свой носовой платок. Сеппель высморкался и протер глаза. Лишь только теперь он заметил Хотценплотца.
— Это вы?
— Я, если ты ничего не имеешь против. А теперь скажите-ка мне откровенно, что здесь произошло?
— Ах, — нехотя промямлил Касперль, — мы, собственно говоря, и сами не знаем. Какая-то случайность, вы понимаете, ничего, кроме глупой случайности, господин Хотценплотц…