Манефа с полминуты смотрела на следователя, будто укоряя его в тайном желании подсунуть ей опасный крючок, на который бы она попалась.

– Ничего я не рвала, – выдавила она наконец, – и книжка при мне.

Она сунула руку в карман старого жакета, достала книжку и протянула ее через стол.

Вирхов воззрился на модное произведение Конан Дойла, изданное покойным Сайкиным. В левом верхнем углу зеленой картонной обложки – взятый в овал тяжелый розовый профиль мужчины с волевым, выдвинутым вперед подбородком над высоким крахмальным воротником, красным галстуком и могучими плечами.

Пристальный взгляд мужчины устремлен на белые буквы: «Шерлок Холмс, король сыщиков». Чуть ниже, жирными черными литерами, название – «Автомобиль Иоанна Крестителя», под ним картинка: мужчина во фраке и цилиндре, со зверским выражением лица, тащит упирающуюся, возбуждающе красивую даму в шатер. За откинутым пологом шатра разостланная постель, рядом с шатром автомобиль, на капоте иконка в рамке, предположительно изображающая Иоанна Крестителя. На автомобиле надпись, набранная мелким шрифтом: «Сочинение г. А. Конан Дойла». По периметру обложка тоненькой книжечки украшена графическим рисунком: причудливыми завитками, напоминавшими ветви терновника с колючими листиками и крупными ягодами.

Пока Вирхов бегал взглядом по обложке и перелистывал страницы, в голове его шла лихорадочная работа – книга рушила стройную систему подозрений. Если Манефа не рвала над бездыханным трупом издателя книжку, то могла и не входить к хозяину в гостиную. Тем более что настаивает на своей непричастности к каменному котелку и флакону.

– Так что же получается? – в растерянности Вирхов взглянул на письмоводителя, ибо боялся встретиться взором с деморализующей его кухаркой. – Получается, что книга была разорвана и одновременно она цела?