— Ага, вон он!

Муравьишка опомнился, чуть не споткнувшись от неожиданности.

— У меня тут молоко… — начал он, но трое Хранителей надвигались, не обращая внимания на его слова.

— Стой где стоишь, ты, крысеныш! — воскликнул один из них. — Сделаешь хоть полшага — пожалеешь!

Муравьишка был слишком перепуган, чтобы двигаться. Что происходит? Его накажут за то, что он задержался?

— Я спешил, я в самом деле… — запинаясь произнес он, хоть прекрасно понимал, что это не совсем правда. Он замешкался, снова погрузившись в мечты. Но Хранители выглядели такими разъяренными! Грубые руки схватили его, корзина выскользнула из его пальцев, бутыль выпала…

— Нет!

Муравьишка попытался поймать ее, но ничего не вышло. Один из Хранителей держал его за руку, к тому же от изумления мальчик среагировал недостаточно быстро. Глиняная бутыль разбилась вдребезги, на полу образовалась белая лужа. Уже через секунду молоко просочилось в стыки плит, оставив за собой лишь влажные разводы, поблескивающие под полуденным солнцем.

У мальчика не было времени осознать, что произошло. Хранители схватили его за второй локоть и рывком подняли так, что ноги едва касались земли. Один из обидчиков перевернул корзину вверх тормашками, и на осколки бутыли посыпались луковицы и морковка. Другой грубиян расстегнул на мальчике рубашку, ощупал его карманы.

— Ничего, — сказал он, закончив обыск. — У него ничего нет.

— Может, с собой и нет, — возразил второй Хранитель. — Но это не значит, что он ничего не брал. Говорю тебе, Олово видел крысеныша.

— Отведем его к Главному Хранителю, — предложил третий.

«О нет, — подумал Муравьишка. — Только не это».

Если раньше в глазах старика и была симпатия, то теперь она исчезла.

— Кто поручил тебе это сделать? — спросил он, и голос его был холоднее, чем у тетки Алебастр, когда та злилась. Муравьишка не понял, что он имеет в виду.