— Давай, Найджел, — тихонько прошептала она. — Давай! Сделай его!

Она стала лихорадочно копаться в голове в поисках какого-нибудь способа помочь, какого-нибудь незаметного волшебства. Но в этот миг голова Монго повернулась, и его бледно-серые глаза поймали ее взгляд.

Она отступила на шаг назад, ну, или попыталась это сделать, однако толпа была слишком плотной, деться было некуда. Жестокая злобная улыбка растянула его губы, и лицо его сделалось еще шире. Тарани почувствовала, как ее пронзил ни с чем не сравнимый ужас. Он видел ее. И слышал.

Мощные мускулы Монго напряглись, и со стуком, который можно было различить даже сквозь крики болельщиков, рука Найджела ударилась о поверхность стола. А потом Монго придавил ее еще сильнее и вывернул.

— О-о-у! — Найджел не смог сдержаться и вскрикнул от боли.

— Упс, — произнес Монго без всякого сочувствия. — Я что, сделал тебе больно? Прости, малыш, но тебе еще рано играть с большими, грубыми мальчиками.

Найджел потер поврежденную руку и ничего не ответил. Он поднял взгляд и увидел Тарани. Даже в таком бедственном положении он нашел силы улыбнуться ей.

Тарани почувствовала, как на ее губах тоже зажигается улыбка, словно кто-то нажал на кнопку. Вроде бы нечему было улыбаться. Совершенно нечему. Разве только тому, что она нравилась Найджелу и он был рад видеть ее.

Ей следовало подумать о последствиях и быть осторожнее. Потому что Монго тут же заметил, что произошло между нею и Найджелом, и начал к ней приставать.

— Тарани, — позвал он с показным добродушием. — Эй, ребята, познакомьтесь, это моя девушка, Тарани. Иди сюда, детка, и награди победителя поцелуем.

«Я бы лучше жабу поцеловала, — подумала Тарани. — Или змею».