Воробей медленно бил крыльями на траве у девочек под ногами.

— Бедняжка, — сочувственно произнесла Хай Лин. — Что с ним?

— Наверное, то же самое, что минуту назад было с нами, — предположила Вилл. — Если махать крыльями в таком замедленном темпе, ни за что не взлетишь.

Муравьишка присел на корточки и бережно взял изможденную птицу в руки. Несколько секунд воробей приходил в себя, потом быстро заморгал, расправил крылышки и взлетел, тут же направившись в сторону выхода, будто собираясь никогда больше не возвращаться сюда.

Наблюдая за этой сценой, Корнелия размышляла над словами Вилл.

— Выходит, мы были как эта пташка? — задумчиво произнесла она. — А когда Муравьишка дотронулся до нас, все прошло…

— Да, так и было.

— Но как?.. Что ты сделал? — обратилась она к юноше.

— Ничего, — недоуменно покачал головой Муравьишка. — Я просто дотронулся до тебя, чтобы привлечь к себе внимание. Ты как будто не видела меня.

— Но ты так быстро мелькал, что я не могла за тобой уследить. Сейчас ты тут, а через секунду в другом месте.

— То же самое было, когда Горгон замедлил мое время, — с содроганием произнесла Хай Лин. — Все вокруг двигалось слишком быстро. Я ничего не могла разглядеть. Но на самом деле это я воспринимала все слишком медленно.

— Мы должны оставаться вместе, — решительно заявила Вилл. — Муравьишка, что бы это ни было, продолжай в том же духе. А если кому-то из вас станет тяжело, мысленно обратитесь к Сердцу Кондракара.

— Но я же ничего не делаю… — начал было Муравьишка, но Вилл оборвала его:

— Конечно же, делаешь, даже если ты сам этого не осознаешь. Наверное, это как-то связано с твоей чаронепроницаемостью. В любом случае, если ты, да и все мы будем держаться поближе к Сердцу Кон-дракара, думаю, все будет в порядке.