И они зашагали дальше. Под ногами хрустел гравий. В кустах, тянущихся по обеим сторонам дорожки, вяло жужжали сбитые с толку насекомые, многие из которых совершенно потеряли способность передвигаться. Впереди показался вольер с большими кошками, где с одной стороны содержались львы, а с другой — тигры. Один из тигров расхаживал по вольеру — что вполне характерно для кошек, если не считать того, что перемещался он очень медленно и задом наперед.

Корнелия зажмурилась и снова открыла глаза. Ничего не изменилось.

— Вы только поглядите, — прошептала Хай Лин. — У меня прямо мурашки по коже.

— Как будто смотришь фильм, который прокручивают в обратном направлении, — сказала Ирма. — Только очень-очень медленно.

— Но мы-то не двигались назад? — Корнелия вопросительно посмотрела на Муравьишку.

— Нет, вы пытались идти вперед.

— Может, чем ближе к ловушке, тем действие магии сильнее? — предположила Тарани. — Или, возможно, наша магия и Сердце ослабили воздействие ловушки.

— Это кощунство, — заявил Муравьишка, глядя на пятящегося тигра. — Нельзя так издеваться над животными. — И он принялся перелезать через ограду.

Корнелия бросилась к нему и схватила его за ногу.

— Нет, Муравьишка! Этот зверь опасен!

— Но он страдает.

— И от этого не становится более дружелюбным.

Юноша тряхнул ногой, стараясь высвободиться из рук Корнелии.

— Он меня не тронет, — произнес Муравьишка, глядя на чародейку широко раскрытыми глазами, в которых читались спокойствие и безмятежность.

Корнелия непроизвольно выпустила его ногу. Он быстро вскарабкался на вершину ограды — его тренировки в Башне Орла не прошли даром, — затем перешел вброд заполненный водой ров, служивший дополнительной защитой, и выбрался на другую сторону.

Вокруг простирался азиатский ландшафт, который должен был изображать естественную среду обитания тигров.