Повар Корецких, веселый дядюшка Ван Фу, всегда говорил Суну, когда у того выдавалась минутка свободного времени и он присаживался на порог кухни:

— Сун, ты похож на обезьяну, которая потеряла свой хвост и никак не может его найти.

Сун печально улыбался. Действительно, весь-то день-деньской он носится по дому, и несведущему человеку, конечно, могло показаться, что он потерял что-то и безуспешно ищет.

Вставал Сун зимой и летом в пять утра и до самого позднего вечера работал. Первым делом надо было вычистить всю обувь в доме, выставленную у дверей спален. Тут стояли, смотря по сезону, и огромные сапоги или ботинки самого хозяина, и туфли его жены из разноцветной кожи, и обувь гостей, которые, заигравшись допоздна в карты, оставались ночевать. Особенно много хлопот доставляли Суну и ботинки молодого барина, всегда очень грязные, и стоптанные туфли дальней родственницы хозяев, которая занимала в доме положение горничной, но всю свою работу сваливала на Суна.

Вычистив ботинки и расставив их снова у дверей спален, Сун вооружался тряпкой и начинал стирать пыль со столов, подоконников, картин, безделушек. Затем он сырой тряпкой протирал пол, застланный линолеумом, выбивал ковры и половики.

К семи часам дядюшка Ван Фу приготовлял завтрак. Услыхав первый удар часов в гостиной, Сун бежал на кухню, хватал поднос с кофейником, чашкой, бифштексом, шипевшим на горячей тарелке, накрывал все накрахмаленной салфеткой и с последним ударом часов заходил в кабинет к барину. Корецкий к этому времени уже выходил розовый и надушенный из ванной комнаты. На его лысине, словно приклеенные, лежали редкие, аккуратно расчесанные волоски.

Вот уже два года, как Сун каждое утро заходит в этот кабинет. Первое время барин бросал ему короткие замечания: «не так», «подвинь стол ближе к кожаному креслу», «почему вилка с правой стороны?» Сун скоро понял всю эту нехитрую премудрость, и барин совсем перестал с ним разговаривать. Сун знал, что этот человек с мягкой бородкой и холодными глазами смотрит на него так же, как на кожаный диван, резное кресло, красивый ковер с черными и красными узорами и что две японские вазы барин ценит значительно дороже, чем его, Суна.