— А по-моему, — сказал Владик, — это напильник.

— Какой там напильник! — Петя ловко засунул ржавый кинжал за ремень, выпятил грудь и принял молодцеватый вид. — А дашь поносить?

— Дам, конечно. Да что ты схватил? Видишь, какой ржавый.

— Ничего, мы его почистим. Кинжальчик что надо! — Он стал размахивать кинжалом. — Давай в «ножики».

Он подбросил находку вверх. Кинжал описал дугу и вонзился острым концом в рыхлую землю.

— Есть! — обрадовался Петя.

Но тут к ним подбежал озабоченный Антон:

— А вы, ребята, почему не работаете?

— Да тут Владька вон какую штуку нашёл.

Старший пионервожатый осторожно, двумя пальцами, взял ржавую «штуку»:

— Зачем она вам? Выкиньте!

— Нет, нет, — сказал Владик, — не надо!

Ему было жалко выбрасывать кинжал — пускай старый, пускай ржавый, пускай сделанный из напильника.

Он спрятал находку в заплечный мешок и снова взялся за работу.

К обеду наконец большие квадратные ямы были вырыты. Теперь надо было налить в них воды. Стали думать, где её поближе взять.

Владик закричал:

— Постойте, я знаю где! Пойдёмте, тут недалеко.

Он подхватил ведро и побежал вглубь парка. За ним с вёдрами потянулись и другие ребята. Он привёл всех к скрипучей калитке. За калиткой простирался пустырь. Только теперь он был покрыт не снегом, а яркозелёной, сочной молоденькой травкой. Внизу, под бугром, сверкая на весеннем солнышке, всё так же негромко распевала песенку тоненькая струйка воды.

— Вот видите, родник! — гордо говорил Владик. — Это я его открыл.

— Подумаешь, открыл! Мы про него давно знаем, — отозвался Петя. — Ведь это наш родник, краснопресненский… Давайте напьёмся.

Ребята припали к роднику и досыта напились вкусной ключевой воды. Потом набрали полные вёдра и вернулись к саженцам.