В считанные минуты с едой было покончено.

На улице уже совсем стемнело. Во дворе стрекотал сверчок.

Чертков открыл форточку.

Не возражаете, если я покурю?

Курите, — разрешила Лика.

Вы, наверное, на кладбище ходили? — закурив, предположил Чертков.

На кладбище, — кивнула Орешкина. — Только там Светкиной могилы не оказалось.

А где же она?

Ее на острове похоронили.

— На Монастырском?

— Да.

Любопытно, любопытно, — дымил сигаретой Чертков. — Ведь именно из-за этого острова я в Гусь-Франковск и приехал.

А почему из-за острова? — спросила Лика.

А я, девчонки, исследователь паранормальных явлений, — с шутливой торжественностью произнес Чертков.

Катька усмехнулась.

— А-а, барабашки, домовые… Этим вы занимаетесь?

— Не совсем. — Сейчас я пишу книгу, одна глава которой будет посвящена Монастырскому острову. Вам, кстати, известно, почему он называется Монастырским?

— Потому что там монастырь был, — ответила Орешкина.

Чертков кивнул.

— Да, там был мужской монастырь. Во время гражданской войны его захватили бандиты, и взорвали. А перед тем, как взорвать завели монахов в подвалы и расстреляли. С тех пор из-под развалин монастыря по ночам доносится церковное песнопение.

— А вы что, слышали? — спросила Солома-тина.

— Я как раз приехал послушать. А меня на остров не пустили.

— Кто не пустил?

— Охрана. Оказывается, этот остров — частная собственность. Им владеет известный промышленник Кармалютов. Вы, наверняка, видели его коттедж, похожий на замок, тут неподалеку.

— Кармалютов? — повторила Лика. — Это которого Синей Бородой называют? Я читала о нем в журнале… Так он, значит, здесь живет?

— Нет. Он родился в Гусь-Франковске. И частенько приезжает в родные места.